Из прозрачной лазури. 1984. Оргалит, смеш. техника. 33 × 53 см. Частное собрание

Остатки рая на земле

Минул год с тех пор, как не стало Владимира Зебека (1931–2015) — блестящего живописца, который на пике своей популярности бросил Москву, мастерскую с видом на Кремль и вернулся в родные края. Здесь, на Кинбурнской косе, в доме, где поначалу не было даже электричества, он прожил 40 лет, радуясь тому, что может любоваться природой, пить парное молоко, печь хлеб и писать — любимое море, лиман, цветы… Об удивительном художнике и популяризации его творчества рассказывает николаевский коллекционер Александр Ткаченко.

Фото В. Шепеля

Фото В. Шепеля

Зебек Владимир Евгеньевич (18.05.1931–22.02.2015) — живописец, член Союза художников СССР (с 1964 г.). Родился в Николаеве; по отцу — немец. В годы войны был угнан в Германию, где, согласно архивным данным, работал на рытье окопов. Летом 1945 г. с частями Советской армии вернулся в СССР; позже был отправлен в колонию как изменник Родины. Выжил благодаря умению рисовать — очень уж нравились лагерному начальству его портреты вождей.

В 1950–1952 гг. учился во Львовском училище прикладного искусства, в 1962-м закончил Московское художественно-педагогическое училище «Памяти 1905 года». В 1958–1965 гг. работал в художественно-производственных мастерских г. Загорска. С 1965 г. жил в Николаевской области.
Ещё в советское время морские пейзажи Зебека продавались за весьма солидные суммы (3–5 тыс. руб.), что подтверждается квитанциями из московских художественных салонов. Приезжали к нему покупатели и на Кинбурнскую косу.

В 2011 г. картины В. Зебека экспонировались на международной ярмарке современного искусства «Арт-Монако». Персональные выставки — прижизненная и посмертная — состоялись в Николаеве в 2011 и 2015 гг.

По инициативе и при поддержке коллекционера А. М. Ткаченко созданы документальные фильмы «Божественная кисть художника Зебека» (2014) и «Творец рассветов и закатов» (2015), выпущен альбом «Зебек. Романтик моря» (2015).

Благоуханный день у озера (фрагмент). Бумага, смеш. техника. 40 × 50 см. Частное собрание

Благоуханный день у озера (фрагмент).
Бумага, смеш. техника. 40 × 50 см.
Частное собрание

Владимир Евгеньевич Зебек — великий романтик. Его живопись сразу же нашла отклик в моей душе, установив между нами прочную внутреннюю связь. Боюсь показаться высокопарным, но именно движение души подвигло меня стать собирателем произведений одного из ярчайших маринистов современности.

Коллекционирование не даёт гарантии коммерческого успеха, столь важного для бизнесмена, но когда посвящаешь этому делу своё время, силы и средства, оно захватывает, увлекает, становится образом жизни, открывающим массу нового — в том числе в тебе самом. Теперь вас уже интересует не только то, как купить, но и как собрать максимально полную информацию о художнике, разыскать утерянное, восстановить то, что повреждено, и, наконец, познакомить с творчеством мастера как можно больше людей.

Драматическая морская композиция. Оргалит, смеш. техника. 37,5 × 47,5 см. Частное собрание

Драматическая морская композиция. Оргалит, смеш. техника. 37,5 × 47,5 см. Частное собрание

Говорят, что предметы сами находят коллекционеров, но и коллекционеры каким‑то мистическим образом притягиваются друг к другу. Колоссальное впечатление произвело на меня собрание, принадлежащее моему другу, киевлянину Виктору Александровичу Томнюку. Казалось, его интересует абсолютно всё — от оловянной посуды и гранёных стаканов до минералов — причём каждый предмет этой огромной коллекции мог стать поводом для его эмоционального, насыщенного подробностями рассказа. Именно Виктор Александрович открыл мне путь серьёзного собирательства, воодушевляя историями об экспедициях и ценных находках…

Шаланды вернулись... Оргалит, смеш. техника. 35 × 50 см. Частное собрание

Шаланды вернулись… Оргалит, смеш. техника. 35 × 50 см. Частное собрание

Море чувств поглотило меня, когда я впервые увидел картины Зебека. Они позвали к себе и определили, возможно, навсегда, предмет моего коллекционирования. Художественные достоинства его работ таковы, что сразу стало ясно: этим произведениям необходимо признание не только на уровне частных коллекционеров. Справиться со столь масштабной задачей в одиночку было бы сложно — тут требовалась команда единомышленников. К счастью, я встретил людей, влюб­лённых в живопись мастера так же страстно, как и я. Вместе мы организовали первую персональную выставку Владимира Евгеньевича, которая прошла в 2011 году в галерее николаевского Черноморского государственного университета имени Петра Могилы. Основу экспозиции составили произведения из собрания Валерия Шепеля — друга художника, там же впервые было показано несколько работ из моей коллекции. Построением и презентацией экспозиции занималась историк искусства, заведующая галереей Любовь Анатольевна Омельченко, которая сумела увлечь пуб­лику своим незабываемым рассказом о жизни мастера, о его морских пейзажах, натюрмортах, абстракциях. Выставка имела огромный успех. Для большинства николаевцев она стала настоящим подарком. А для нас — началом большой совместной работы, цель которой — изучение и популяризация творчества Зебека.

Коллекционер должен уметь мечтать, обладать тонким художественным чутьём, видеть задачи, которые ставит перед ним коллекция, понимать стратегию её развития. Собрание картин требует постоянной заботы, ибо от этого зависит его сохранность, возможность сберечь для будущих поколений. Одни работы нужно покрыть лаком, другие — защитить стеклом, и для каждой найти достойною «огранку», ведь правильно подобранная рама способна раскрыть драматургию произведения, подчеркнуть её достоинства.

Из прозрачной лазури. 1984. Оргалит, смеш. техника. 33 × 53 см. Частное собрание

Из прозрачной лазури. 1984. Оргалит, смеш. техника. 33 × 53 см. Частное собрание

Владимир Зебек жил исключительно творчеством и природой, его окружавшей. Он не заботился о своей популярности и славе, не инициировал проведения собственных выставок и тем более не занимался систематизацией своих работ. Поэтому было особенно важно не только коллекционировать, но и изучать его живопись, чем я и решил серьёзно заняться.

Большой удачей стали ранние зебековские этюды, которые попали ко мне в плачевном состоянии — пыльные, повреждённые. Пришлось над ними потрудиться: отмыть, очистить, восстановить и «одеть» в рамы, чтобы они проявили всю свою прелесть, тонкость и красоту. Впоследствии — на посмертной выставке 2015 года — эти работы стали сенсацией для всех почитателей творчества мастера. Владимир Евгеньевич начал писать их ещё до того, как поселился на Кинбурнской косе. Временами он лишь наезжал туда из Москвы и создавал пленэрные шедевры, вдохновлённые этими невероятно красивыми звеняще-пустынными местами — с лугами, благоухающими дикими травами, зеркальными озёрами и бескрайним морем. В них чувствуется влюб­лённость Зебека в этот прекрасный и таинственный уголок земли, где он в течение многих лет жил как отшельник. Я же, благодаря ранним этюдам и рисункам, открыл для себя и других совершенно новую грань его дарования.

Довольно смелой идеей был показ абстракций Владимира Зебека в рамках «Арт-Монако 2011». Мы задумали и осуществили этот проект вместе с В. Шепелем, напечатали в Голландии альбом репродукций высочайшего качества. Издание получилось настоящим произведением искусства, но существует оно лишь в нескольких экземплярах, один из которых был подарен художнику. Мне рассказывали, с какой гордостью он показывал его всем своим гостям…

Дыхание морского ветра над сумраком вод. Бумага, масло. 81,5 × 122,5 см. Частное собрание

Дыхание морского ветра над сумраком вод. Бумага, масло. 81,5 × 122,5 см. Частное собрание

Абстракции Зебека — это особая тема, связанная со зрелым периодом его творчества. Неиссякаемая энергия, которую мастер, по его собственным словам, черпал в природе, в результате выплеснулась на холсты свободно и раскрепощённо, воплощаясь в шедеврах космической силы. Я всматривался в них, наблюдал, как потоки краски, гонимые цветным ветром, соединяются, перетекают из одной реальности в другую. Его картины будили моё воображение, через них я чувствовал Божественную Вселенную и молился Творцу, вложившему кисть в твёрдую руку мастера.

Об абстракциях Владимира Евгеньевича можно говорить бесконечно, но это не значит, что я или кто‑то другой увидит в них те же образы, которые видел сам художник. Каждый чувствующий человек переживает эмоции, резонирующие с его собственной душой, и все они — правильны. И всё же, в прочтении абстрактных работ я увидел возможность помочь зрителю, воспользовавшись короткими описаниями Любови Анатольевны. Её лирические эссе ко всем без исключения картинам моей коллекции чудесным образом раскрывают полотна Зебека. Кого‑то это подтолкнёт к размышлениям, кого‑то — к диалогу с искусствоведом, но в любом случае приблизит к пониманию абстрактной живописи вообще и композиций Зебека в частности.

«Цветы — остатки рая на земле». Помня эти слова Иоанна Кронштадского, трудно согласиться с тем, что цветочный натюрморт — простенький жанр. Натюрморты Зебека так хороши, что могли бы украсить самые роскошные дворцы мира. Они написаны в лучших традициях академической живописи и вместе с тем в них присутствуют характерная зебековская динамика и сила, нежность и прозрачность красок, тонкость и гармоничность цветовых сочетаний.

Александр Ткаченко, меценат, популяризатор творчества В. Зебека Фото В. Шепеля

Александр Ткаченко, меценат,
популяризатор творчества В. Зебека
Фото В. Шепеля

Владимир Зебек — художник, которому были подвластны все жанры живописи: пейзаж и натюрморт, портрет и тематическая картина. Но наибольшую известность принесли ему морские пейзажи, составляющие, пожалуй, самую объёмную часть его творчества. Изображая загадочные парусники, бушующее или умиротворённое море, дымку рассвета или роскошь заката, художник открывает нам некий потаённый смысл бытия, одаривая широчайшим спектром эмоций — от сильного волнения до элегической грусти. На его марины можно смотреть часами, они освещены каким‑то неземным светом, идущим изнутри полотен. Это свет надежды, проникающий в душу и порождающий в ней неведомую дотоле энергию любви — к живописи, творчеству, жизни. Природа косы и могучее море, которым Зебек мог любоваться просто выйдя из дому, запахи леса и трав, будившие в нём бродягу-моряка и философа, несли в себе идею свободы, которой проникаемся и мы, глядя на его марины…

В Николаевском областном музее им. В. В. Верещагина находится всего одна картина Владимира Евгеньевича. Стало интересно, есть ли его работы в других государственных собраниях? Хотелось не только узнать об этом, но и ознакомить специалистов с творчеством мастера. С этой целью был издан альбом «Зебек. Романтик моря». Его рассылка по музеям и крупнейшим библиотекам даёт нам возможность получать нужную информацию и — что очень важно — отклики искусствоведов, живописцев, ценителей искусства.

В 2014 и 2015 г. по моей инициативе на николаевской телестудии были смонтированы два документальных фильма о художнике, куда вошли съёмки разных лет. В одном из эпизодов Владимир Евгеньевич говорит, что любовью всей его жизни были только живопись и природа.
Зебека больше нет, но он навсегда остался на любимой косе, где ему будут петь птицы, шуметь волны, мерцать месяц, освещая дорогу к морю, которое он так любил и так самозабвенно писал…

Великолепие цветов в ночном освещении. Оргалит, смеш. техника. 46,3 × 70,2 см. Частное собрание

Великолепие цветов в ночном освещении. Оргалит, смеш. техника. 46,3 × 70,2 см. Частное собрание