Хранители и расхитители

В августе 2015 года в Британской библиотеке состоялась конференция «Письменное наследие человечества под угрозой». Речь шла не о проблемах консервации древних манускриптов и не о спасении книгохранилищ в горячих точках планеты, а об обычном или, скорее, необычном воровстве.

Поводом для встречи представителей крупнейших биб­лио­тек, аукционных домов и кни­го­торговцев-антикваров стали несколько случаев масштабного хищения редких книг и старинных карт, получивших широкую огласку и выявивших все слабые места систем хранения книжного фонда.

Резатели и потрошители

В 2005 году был пойман на горячем торговец старинными картами Эдвард Форбс Смайли — он только что вырезал три листа из книг Библиотеки Бейнеке Йельского университета. В ходе расследования выяснилось, что всего Смайли выкрал около ста карт из Британской библиотеки, Нью-Йоркской публичной библиотеки, Бостонской публичной библиотеки, Хогтонской библиотеки Гарвардского университета и других учреждений. Общая стоимость похищенного составила приблизительно $ 3 млн. Некоторые карты были добровольно возвращены самим похитителем, но многие до сих пор находятся в списке разыскиваемых. Например, только в 2015 году в каталоге одного из нью-йоркских букинистов удалось обнаружить карту побережья Новой Англии, составленную в 1612 году Самюэлем де Шампленом, — её Смайли украл из Бостонской публичной библиотеки.

Форбс Смайли ещё отсиживал свой срок, когда был изобличён иранский бизнесмен и коллекционер Фархад Хакимзаде, «собиравший» материал, связанный с историей европейско-ближневосточных отношений. Жертвой его страсти стали полторы сотни редких книг и манускриптов из Британской библиотеки и Бодлеанской библиотеки Оксфордского университета.
Хакимзаде вырезал из них особо ценные гравюры, рисунки, карты, отдельные страницы, которые потом нередко вклеивал в книги из своей коллекции, рассчитывая тем самым повысить их стоимость. К примеру, лист с картой, нарисованной Гансом Гольбейном, эксперты оценили в £ 30 тыс. Любопытно, что Хакимзаде являлся директором благотворительного фонда «Иранское наследие».

В марте 2007‑го при попытке вынести спрятанную под пиджаком книгу из библиотеки Королевского общества садоводов (Лондон) был задержан Уильям Саймон Жак («Том Рейдер»). Ранее он уже был осуждён за кражу 400 книг из библиотеки Кембриджского университета, Британской библиотеки и Лондонской публичной библиотеки (общая сумма ущерба была оценена в £ 1 млн.). «Специализацией» Жака были первые издания трудов Галилея, Ньютона, Кеплера, Мальтуса и других учёных конца XVI–XVIII веков.

После первой отсидки Жаку не очень везло — его, даже в гриме, идентифицировали и выдворили охранники Британской библиотеки. Тогда он переключился на библиотеку Королевского общества садоводов, одну из лучших в своей отрасли. Правда, и отсюда Жаку, выправившему себе пропуск на другое имя, удалось вынести лишь 13 томов «Nouvelle Icono­gra­phies des Camellias», оценённых в £ 40 тыс.

Куда более литературной, в духе авантюрных или детективных романов, выглядит история кражи книг из старинного аббатства Мон-Сент-Одиль в Вогезских горах. Станислас Госсе, 30‑летний преподаватель Страсбургской технической школы, случайно обнаружил в городском архиве старый план обители, на котором был отмечен потайной ход в книгохранилище через поворачивающийся шкаф. Благодаря этому открытию, Госсе за пару лет перетаскал из монастырской библиотеки больше тысячи старинных книг и иллюминированных манускриптов. Вор вёл себя нахально и артистично. В один из своих ночных визитов он даже оставил розу на память библиотекарю.

Монахи и полиция могли ещё долго искать объяснения загадочным опустошениям, если бы не установили в хранилище камеры слежения… К счастью для аббатства, вор не продавал книги, а бережно хранил их в своей городской квартире.

Vincentio Galilei. Della musica antica et della moderna, 1581.

Vincentio Galilei. Della musica antica et della moderna, 1581.

Лисы в курятнике

Не меньшую угрозу для библиотек, как оказалось, могут представлять отдельные их сотрудники и администраторы. Несколько случаев циничного систематического грабежа фондов теми, кто был призван их беречь, шокировали общественность.

На протяжении 10 лет (с 1995 по 2004 год) занимался хищениями заведующий отделом рукописей Национальной библиотеки Швеции Андерс Бюриус. Он вынес из хранилищ родного учреждения 56 редких книг и манускриптов. Кроме того, в ходе следствия обнаружилось, что ещё до начала своей карьеры в НБШ Бюриус сумел стащить из других библиотек страны как минимум 43 ценных издания.
Значительную часть украденного он реализовал через немецкий аукционный дом Ketterer Kunst, вследствие чего книги и рукописи рассредоточились по всему миру. Время от времени сотрудникам НБШ при помощи правоохранительных органов удаётся вернуть домой отдельные экземпляры. Так, летом 2015 года ФБР передало правительству Швеции два фолианта XVII века по оптике и театрально-сценическим механизмам. Новые хозяева (ведь покупки они оформили совершенно легально), антиквар Ричард Лан и Университет Корнелла, согласились вернуть книги добровольно.

Куратор Военного музея в Делфте Александр Полман украл несколько сотен ценных книг, гравюр и карт. Оказалось также, что он прикарманил часть изданий, подаренных музею меценатами и благотворителями, «забыв» внести их в реестр новых поступлений.

Масштабная инвентаризация фондов Национальной библиотеки Франции выявила пропажу 30 тысяч книг и рукописей, 2 тысячи из которых имели «исключительную историческую ценность». Следствие установило причастность к хищению 25 манускриптов и 121 документа куратора фонда древнееврейских рукописей библиотеки Мишеля Гареля. По свидетельству одного израильского коллекционера, именно Гарель продал ему в 2000 году рукописную Библию XIII века, которая, как выяснилось позже, принадлежала Национальной библиотеке Франции. Правда, подозреваемый всё отрицал, заявив, что высшее руководство сделало его козлом отпущения.

Известно, что за партию в 500 томов немецкий аукцион Zisska & Schauer заплатил директору-грабителю около миллиона долларов.

Однако, пожалуй, наиболее вопиющим проявлением административного беспредела оказалось хищение нескольких тысяч томов из неаполитанской Библиотеки Джироламини её директором Марино Массимо Де Каро. Среди них первые издания «Утопии» Томаса Мора, «Новой астрономии» Кеплера, «Звёздного вестника» Галилея, «Искусства речи» Джордано Бруно, редкие издания первых венецианских типографий.

Старейшая неаполитанская библиотека много лет была закрыта для читателей, и директор даже не утруждался как‑то маскировать свои преступные действия. На то, что там происходит что‑то неладное, обратил внимание искусствовед Томазо Монтанари, которому понадобилось осмотреть здание. Его смутили неубранные помещения, разбросанные повсюду книги, вырванные страницы. На жалобу Монтанари отреагировали прокуратура и полиция, и благодаря этому удалось вернуть около двух третей украденного. Немало книг, очевидно, в ожидании покупателей хранилось в веронском доме Де Каро. Торговали, так сказать, оптом. Известно, что за партию в 500 томов немецкий аукцион Zisska & Schauer заплатил директору-грабителю около миллиона долларов. Первоначально он оправдывался, что книги продавал дабы собрать средства на ремонт и развитие библиотеки, но следствие установило, что ещё до Неаполя Де Каро успел «почистить» фонды многих отраслевых библиотек в Риме, Флоренции, Падуе.

После того как разразился скандал, многие удивлялись, как вообще этому библиофилу-аван­тюристу без специального образования могли доверить столь ценную книжную коллекцию. Помогли дружки-политики. Де Каро работал консультантом по вопросам энергетики у министра сельского хозяйства Джанкарло Галана, а когда тот получил портфель министра культуры, то пристроил своего бывшего советника на должность директора библиотеки. Вполне возможно, что некоторые из украденных книг шли на эксклюзивные подарки чиновникам и парламентариям. В получении подобных даров признался бывший сенатор и соратник экс-премьера Берлускони Марчелло Дель Утри. Его адвокат позже вернул несколько книг в Библиотеку Джироламини.

И хотя Украину по уровню коррумпированности политиков и чиновников часто сравнивают с Италией, итальянские правоохранители, в отличие от украинских, всё же стремятся доводить расследования до логического завершения и наказывать лиц, замеченных в злоупотреблениях. Де Каро получил семь лет тюрьмы, а его высокопоставленный покровитель был лишён депутатских полномочий, посажен, пусть и под домашний, но арест и лишён права занимать государственные должности.

Овальный зал в здании библиотеки на улице Ришелье, архитектор Жан-Луи Паскаль

Овальный зал в здании библиотеки на улице Ришелье, архитектор Жан-Луи Паскаль. Фотограф: Zubro, CC BY-SA 3.0

Что делать?

Участники вышеупомянутой конференции в Британской библиотеке и многих других совещаний, посвящённых проблемам музейной безопасности, попытались проанализировать причины регулярных пропаж редких книг и предложить решения по усилению систем учёта, контроля и охраны в библиотеках и архивах.

Главные причины «популярности» хищения книг и документов — их востребованность на рынке и сложность идентификации украденных предметов. Ведь даже редкие старой печати книги представлены, как правило, несколькими экземплярами и всегда существует вероятность обнаружения неописанных в каталогах единиц. Вследствие этого, как считают эксперты общественной организации «Сеть музейной безопасности», правоохранителям удаётся вернуть владельцам только малую часть украденных книг (в среднем 2–5 % от общего количества заявленных). Для произведений живописи этот показатель равен 50 %.

Вернон Рапли, более 20 лет проработавший детективом отдела Скотленд-Ярда, который занимается поиском украденных предметов антиквариата, в комментарии Financial Times объяснил, что вырезанные из книг страницы могут спокойно продаваться как гравюры или карты. Учитывая это, он рекомендует библиотекам ввести особую маркировку такого типа материалов. Кроме того, нужно строго придерживаться рутинного регламента пребывания читателей в библиотеках: не разрешать проносить сумки и одежду в залы, обеспечивать хорошую «просматриваемость» помещений, где работают посетители, не выдавать материалы в больших количествах и даже производить личный досмотр сотрудников и администрации перед выходом из здания, как это стали делать в Библиотеке Конгресса США после того, как в середине 1990‑х обнаружили недостачу почти в 30 тысяч томов.

Но самое главное, по мнению экспертов, это обмен информацией о пропажах и кражах, а также лицах, уличённых или подозреваемых в их совершении. Ведь оказалось, что многие библиотеки скрывали факты воровства или порчи книг, чтобы не навредить своей репутации в глазах партнёров и меценатов. К примеру, уже упоминавшийся Фархад Хакимзаде ещё в 1998 году был изобличён в краже документов из библиотеки Королевского азиатского общества и если бы эта информация была разослана во все крупные британские библиотеки, то его бы могли просто не допустить к редким книгам Британской и Бодлеанской библиотек.
На Западе, кажется, к этим рекомендациям прислушались. Статьи о хищениях ценных книг разместили все ведущие газеты и еженедельники мира, причём это были серьёзные журналистские расследования, а не маловразумительные новостные заметки, как в случае с предполагаемой кражей книг из Львовской галереи искусств. Британская организация «Группа по музейной безопасности» наладила систему онлайн-оповещения о кражах, рассылки которой получают все члены национальной Ассоциации книготорговцев-антикваров. Базу данных о разыскиваемых книгах и документах создала и Международная лига книготорговцев-антикваров, объединяющая национальные ассоциации букинистов. В связи с этим несколько странной выглядела реакция музейного сообщества Украины на книжный скандал во Львове, когда многие весьма известные эксперты увидели в этом лишь попытку дискредитировать доброе имя Бориса Возницкого.

Vincentio Galilei. Della musica antica et della moderna, 1581.

Vincentio Galilei. Della musica antica et della moderna, 1581.