Фото В. Милосердова

Культура и СМИ: выбор как приговор

Давным-давно, если, конечно, можно применять этот оборот в стране, где время, густое и вязкое, как битум, не торопится двигаться, а любимым развлечением населения является регулярное коллективное прыганье на грабли, так вот, кажется, в конце 90‑х, будучи в гостях у своего приятеля, знаменитого украинского публициста, я мягко попенял ему за то, что в возглавляемом им тогда популярном еженедельнике очень редко пишут о театре. И неожиданно получил жёсткую отповедь. «Какое место театр занимает в жизни, столько площади мы и выделяем ему в журнале», — твёрдо произнёс мой товарищ, человек, между прочим, интеллигентный, балующийся литературными упражнениями, друживший со многими рок-музыкантами и умевший отличить Ларса фон Триера от Такеши Китано. Помнится, категоричность этого заявления меня смутила, хотя глупо было и не признать его справедливость. С сугубо практической точки зрения. К слову, в журнале том столь же гомеопатически, как и о театре, писали о живописи с литературой, а классическую музыку вообще принципиально игнорировали, видимо, не сомневаясь, что меломанов в Украине ещё меньше, чем театралов.

Фото В. Милосердова

Фото В. Милосердова

Примерно в те же годы мне попалась на глаза любопытная заметка об исследовании аудитории, проведённом редакцией немецкого еженедельника Der Spiegel, в результате которого выяснилось, что «культурные страницы» журнала постоянно читают всего чуть больше 4 % подписчиков. Занятно то, что цифры эти ничуть не смутили руководство издания — раздел, где публиковались материалы о фильмах и книгах, спектаклях и концертах, там сохранили в полном объёме, не потеснив его репортажами со светских тусовок или показов фэшн-коллекций.
Я, разумеется, не сравниваю Германию и Украину. В том смысле, где живётся лучше — богаче и безопаснее. И тем более, не буду приводить набившие оскомину примеры Японии и Великой Британии, высокий уровень жизни и нравственный климат в которых социологи, демографы, экономисты и прочие учёные люди непосредственно связывают с многолетними государственными инвестициями в сферу культуры, финансовой поддержкой как традиций, так и инноваций. Я даже не совсем уверен, что механическое внедрение всех этих западных и восточных разумных цивилизованных законов способно оздоровить нашу экономику и существенно улучшить моральную атмосферу в обществе. То есть, конечно, хочется на это надеяться, но, честно говоря, скорее, с фатализмом Леси Украинки. Руководствуясь её пророческой национальной формулой: «Без надії таки сподіватись».

Я вообще, страшно признаться, мало верю в колдовскую силу прагматизма. То, что в наших СМИ всё меньше пишут о культуре, а рецензии, обзоры, проблемные статьи, очерки и фельетоны давно вытеснены из них более или менее грамотно и занимательно написанными анонсами выставок, концертов, театральных и кинопремьер, по‑моему, во многом и объясняется этим пресловутым, марширующим в обнимку с общественной апатией и бронированным себялюбием прагматизмом. Лет десять назад в СМИ появились новые менеджеры, строго следящие за тем, чтобы в статьях о выставках не дай Бог не упоминались названия галерей, где они проходят. Или кинотеатров, где на каком‑то одном сеансе среди голливудских «Терминаторов» или «Людей Х» вдруг робко затесался фильм братьев Дарденн или Аки Каурисмяки. Как оказалось, это простодушное в своей дикости желание из всего что угодно выжать хотя бы копейку свидетельствовало о том, что культура ещё чего‑то стоит. Сегодня, возможно, отчаявшись нажиться на этих никчёмных художниках и артистах, во многих изданиях вообще прекратили публиковать материалы культурной тематики. Да и зачем? Читают ведь их всё равно какие‑то ничтожные четыре или того меньше процента граждан. Рейтинг на них не сделаешь.

А ведь дело не в рейтингах. Уже не риторический, а, вполне вероятно, идиотский вопрос: зачем СМИ писать о культуре, если, к примеру, вместо заметки об экспериментальном спектакле в газете можно поместить купон на скидки в супермаркете, а предпочтение перед репортажем с музыкального фестиваля отдать заказной статье какого‑нибудь вора, поймавшего на воровстве другого ворюгу, что, как ни странно, гораздо больше волнует наше, погрязшее в самодовольном нищенстве и вранье общество.

Примите это как аксиому, пожалуйста, но и без Японии с Германией ясно, что только культура делает нас людьми, хотя, конечно, приятней и легче оставаться прямоходящими тварюками, постоянно озабоченными тем, что пожрать, и не особо выбирающими место, где, простите, поср…ть — и в буквальном, и, если хотите, метафизическом смысле. Чтобы стать человеком, необходим опыт вочеловечения — способность чувствовать и сострадать. И дают его именно искусство и литература — хорошие спектакли, фильмы, музыка, живопись и книги. Уже существующие и ещё не рождённые. Там все витамины, оттуда все инъекции добра и милосердия. В начале 90‑х мы делали наивную газету «Курьер муз», где среди других вдохновенно сочинённых рубрик была одна, называвшаяся «Лоция». В основе её, в общем‑то, тоже лежал прагматизм. Там помещались анонсы событий, на которые мы советовали обратить читателям внимание. Впрочем, не с прагматичной целью, а с надеждой, что на театральном представлении или выставке сагитированный нами зритель сможет пережить те же эмоции, которые испытали там мы. Культура, разумеется, — и средство коммуникации, всё более дефицитного на нашей земле диалога, умения не тараторить отчёты о том, что съел и где опорожнился, но и слышать другого. Возможно, даже с аналогичным меню и составом компоста.

Снова‑таки не верьте, но скукоживание и упрощение статей о культуре в нынешних украинских СМИ — это наш приговор. Потому что, в конечном счёте, эти «страницы культуры» — не только пространство для описания картины художественной жизни, зона профессионального обсуждения её текущих процессов или территория для рефлексий интеллектуалов. Это образ мира, в котором хотелось бы жить. Консультация, где дают надёжные советы о том, где ты имеешь шанс превратиться в личность из эмбриона биологического потребителя. Собственно, здесь и формируется модель общества. И, естественно, нам самим выбирать, в какой среде мы собираемся существовать. Среди рвачей и мародёров, завистников и лжецов, воров и мошенников, хамов и пусто­звонов. Или среди ответственных, уважающих себя и способных понимать других граждан. Не хапающих лишнее, отдающих долги, берегущих, а не замусоривающих свои дворы и подъезды. Готовых и открытых к любви. Счастливых от созерцания чужой радости. Мирных и доброжелательных. Мыслящих самостоятельно, а не под мантры политиков из телевизора. Ценящих каждую минуту своей прекрасной и уникальной жизни. Верящих, что смысл ей придают добрые и щедрые дела.

А товарищ мой, темпераментный политический публицист, светлый и озорной человек, через несколько лет после нашего памятного разговора погиб в автомобильной катастрофе. При очень мутных обстоятельствах. Не исключено, что и при мрачном содействии господ, которые вот уже четверть века так усердно пыжатся, чтобы остановить в нашей стране время, окончательно его заболотить, оставив разве что крохотную гранитную, как могильная плита, площадку, на которой населению сподручно будет снова прыгать на грабли. Кстати, и львиную долю украинских СМИ именно они и контролируют. Да-да, все эти интернет-сайты, телеканалы, журналы, газеты и радиостанции. Где всё меньше независимых мнений, самостоятельных, личностных суждений и новостей о культуре.